Just for fun...

12:29 

Игрок на замену/Pinch Hitter

tari_na

– Но я думала… ты говорил, чтобы ее вернуть, нужно много времени, – губы будто онемели, каждое слово давалось Баффи с трудом, – ты сказал, что на это понадобится несколько лет.
– Мы все так считали, – не стал спорить Уистлер. – Но Высшие Силы решили, что эту проблему надо решать в первую очередь. Нельзя оставлять Истребительницу болтаться в подвешенном состоянии где-то в междумирье. Мало ли что случиться может!
Демон даже вздрогнул, представив возможные последствия.
– Но, так или иначе, теперь уже все в порядке. И прости, что мы тебя вообще втянули во все это, когда особой необходимости в твоем присутствии здесь не было. Ты же наверняка из-за этого расстроилась?! Но Высшие Силы правда искренне сожалеют.
– Ничего страшного, – ответила Баффи с нескрываемой горечью в голосе и не столько увидела, сколько почувствовала, как замер Спайк. Он словно застыл, оцепенел, потерялся в своих мыслях.
– Теперь все, что нам надо сделать, это вернуть сюда местную Истребительницу, а тебя отправить домой, – сообщил Уистлер. – Как насчет встретиться через час у Джайлза? Я успею связаться с остальными и собрать их там, а у вас будет достаточно времени, чтобы принять душ и одеться.
– Сейчас же два часа ночи!
– И что? Так даже удобнее! Тут, между прочим, пара вампиров имеется, а они – сюрприз-сюрприз! – создания ночи. А те, кто предпочтет остаться дома и спать, смогут просто отказаться. Какие проблемы? Но я могу тебе гарантировать, что присутствовать на этой вечеринке захотят все. И вот еще что, Истребительница… – посланник Высших Сил выразительно посмотрел на девушку. – Не опаздывай. Или я за тобой приду.
С этими словами Уистлер исчез. И в комнате наступила тишина. Оглушающая, ледяная, страшная.
– Спайк… – едва слышно прошептала Баффи, повернувшись к своему вампиру. Она не знала, что сказать, но молчание было невыносимо.
– Лучше иди в душ, Истребительница, – он не смотрел на нее, а голос вампира звучал ровно, отстраненно и безжизненно. – Этот уродец дал нам не так уж много времени.
Когда она вышла из ванной комнаты, Спайк все еще оставался в постели. Он лежал на спине, бездумно глядя в потолок, а при ее появлении просто отбросил простыню в сторону, встал и прошел в душ. Молча. Ни слова не говоря. И даже не глядя на нее.
Баффи понимала его. Вампир был зол, и имел на это полное право. Она снова им воспользовалась, пусть даже сама того не желая. Все получилось так же, как в ее собственном измерении, где она использовала вампира, не задумываясь о последствиях для него самого. Потеряв Спайка, Баффи нуждалась в нем так отчаянно, что не могла отказаться от возможности снова быть с любимым. Она просто не вынесла бы этого.
Она должна была, она была обязана подумать как следует! Но, как и всегда, она предпочла просто действовать.
Двигаясь словно на автомате, девушка начала собираться. Она снова надела черную майку и джинсы, в которых была, когда ее перенесли сюда. Лучше не оставлять здесь ничего, что принадлежит другому измерению. Когда она уйдет, тут не останется ни следа от ее присутствия. Баффи Саммерс ничего не оставит в этом измерении.
Ничего... Кроме своего сердца.
Спайк вернулся в комнату, схватил джинсы и начал одеваться. На Истребительницу вампир вообще не смотрел, казалось, что все свое внимание он сосредоточил на застегивании ремня, и Баффи не могла заглянуть ему в глаза. Но невозможно было не заметить того, как он напряжен, как заострились скулы, как плотно сжаты губы. Застывшее лицо вампира сейчас скорее походило на безжизненную каменную маску.
– Спайк?..
– Что?
Она не знала, что она собирается ему сказать. Не понимала, о чем здесь вообще можно говорить. Да и надо ли? Может, правильней было бы промолчать? Все несказанные слова и невыплаканные слезы стояли комом в горле, причиняя невыносимую боль.
– Ну что, Истребительница, мы неплохо повеселились?! – взгляд холодных бирюзовых глаз, брошенный исподлобья, был словно удар ножа. – Лично мне трахаться с тобой понравилось. Прям чертово откровение! Эти твои особые мышцы… и кровь Истребительницы! Буду скучать по всему этому. Подумал даже, может, к этой Баффи подкатить?… Только вряд ли сработает. Она – настоящая заноза в заднице, да и демонов ненавидит.
– Тебе надо будет уехать из Саннидейла – с трудом проговорила девушка.
– Да уж, в пыль превращаться не намерен, luv! А ты рада, что дома будешь уже сегодня, Истребительница? Ты же здесь себя неуютно чувствовала, я знаю…
– Нет, не рада…
– Ну, точно… какое ж это веселье, возвращаться к обычной жизни после пары недель отдыха. Но это же был приятный отпуск, пусть и недолгий, ведь так? И старых друзей-приятелей повидать удалось, и пару демонов истребить, чисто чтоб форму не потерять, и с кем потрахаться нашла. До пляжа, правда, так и не добралась… Ну а теперь тебе можно вернуться домой и забыть обо всем!
Глаза вампира пылали золотом, и было очевидно, что он сдерживается из последних сил, что в любое мгновение может сорваться. И все-таки промолчать в ответ на такое Баффи не смогла.
– Так вот что ты думаешь? По-твоему, для меня все это лишь курортный роман?!
– Что же еще?
– Это был мой рай…
Она произнесла эти слова еле слышно, но тихий шепот ее признания погасил золотые искры в его глазах, возвращая радужке привычный синий цвет. Теперь он ждал, что еще она скажет, и смотрел на нее внимательно, неотрывно.
– … а теперь я возвращаюсь обратно в ад… Боже! Спайк, неужели ты этого не знал?
– Почему… почему здесь для тебя был рай? – он не просил, он требовал от нее ответа.
Но Баффи, тщетно пытаясь справиться со слезами, не могла произнести сейчас ни слова и просто молча покачала головой.
– Скажи мне, Баффи! Скажи, почему?! Мне нужно услышать это!
– Какой в этом смысл? Это только ранит нас обоих еще сильней…
– Баффи…
А мгновение спустя они до боли крепко, отчаянно обнимали друг друга, и Баффи шептала сквозь слезы:
– О, господи, я не знаю…. Я теряю тебя, и не знаю, как мне это пережить…
Это был последний раз, когда у нее была возможность коснуться Спайка, прижаться лбом к изгибу его шеи, вдыхая запах его кожи, замереть в объятиях любимого. Ладони снова и снова скользили по его рукам, плечам, груди… Господи, даже вслепую, в кромешной темноте она узнала бы эту атласную кожу, эти сильные, упругие мышцы. И Баффи отчаянно пыталась запомнить все, каждую, даже самую мелкую деталь, каждое, даже самое незначительное ощущение. Сохранить в памяти навсегда. Навечно.
Воспоминания – это все, что у нее останется теперь, когда она должна вернуться в мир, которому принадлежала. И где ее ждало лишь бесконечное одиночество.
– Баффи, – Спайк говорил хрипло, словно через силу, – Баффи, ты… Ты любишь меня?
Она не могла произнести ни слова, не зная, говорить ли правду или лучше солгать, пытаясь понять, что же будет правильнее, что причинит ему меньше боли.
– Ты сказала… однажды ты почти это сказала… Я хочу, чтобы ты… мне так нужно услышать это… мне нужно знать, что ты…
И Баффи сдалась.
– Я люблю тебя. Я так сильно люблю тебя, Спайк. О, боже! Так сильно!
Он прижал ее к себе так крепко, что у любого другого человека, не обладающего сверхъестественной силой Истребительницы, затрещали бы кости.
– Я люблю тебя, моя Истребительница!
О, да, теперь она ясно видела это. Он смотрел на нее так же, как Спайк в ее измерении. В его глазах была та же теплота, и любовь, и преданность.
– Мне жаль, – она плакала и не могла остановиться. – О, господи, мне так жаль! Я не должна была… не имела права… с самого начала… Я не хотела, чтобы тебе было больно… Я просто… я так хотела быть с тобой... и думала… думала, что для тебя это будет просто секс… я только хотела, чтобы тебе понравилось, чтобы ты получил удовольствие. Я не хотела, чтобы ты страдал. Боже, я такая эгоистка! Что же я натворила!
– Баффи, твоя любовь – это дар. Не думал, что за всю свою нежизнь смогу узнать, каково это – быть любимым. И пусть боль от того, что я теряю тебя, невыносима, я хочу знать. Это стоит того.
– Я никогда не перестану любить тебя. Даже когда я буду в том, другом мире, даже если мы больше никогда не сможем встретиться вновь. Пока я жива, я буду любить тебя, Спайк. Ты всегда будешь любим…
Они целовались снова и снова, и у этих поцелуев был горько-сладкий вкус любви, и нежности, и отчаяния.
– Останься! – он то ли просил, то ли требовал, пылко, настойчиво. – Не уходи! Останься в этом измерении!
– Я не могу…
– Почему? Почему нет?!
– Уистлер сразу предупредил меня… еще до того, как я здесь появилась. Он знал, что я, возможно, захочу остаться. Ты ведь слышал, как он сказал, что придет за мной, если я не появлюсь сегодня у Джайлза. Он сразу сказал, что когда Высшие Силы смогут вернуть сюда вашу Истребительницу, я должна буду уйти. Не может быть двух Баффи в одном измерении больше, чем на несколько минут. Это какой-то закон… физики.
– Ничего подобного!
– Ну, значит, это закон чего-то там еще. Я забыла, как он называл то правило. Но одновременно, в одном и том же измерении, мы, я и ваша Баффи, находиться не можем. Мы взорвемся, самоуничтожимся или что-нибудь еще произойдет. А потом будут катастрофические последствия для всего вашего измерения.
– Но неужели мы ничего не можем с этим поделать? – вампир отказывался в это верить. – Должен же быть какой-то выход! Может быть, клейм?! Если мы проведем ритуал? Может, он сработает? Это ведь неразрывная связь!
И Баффи не могла не улыбнуться. В этом был весь Спайк. Ее вампир никогда не сдавался, он искал выход, пытался найти решение даже в тех случаях, когда ситуация была абсолютно безнадежна.
– Я бы очень этого хотела, но клейм не сработает, – с грустью ответила девушка. – Это свяжет нас друг с другом, но к этому измерению меня не привяжет. А еще клейм разрушается со смертью, ведь так? Но когда Уистлер отправит меня в мой мир, здесь я перестану существовать. И это будет – словно я умерла. Связь разорвется, и для нас двоих это будет означать гибель.
Услышав ответ, Спайк мягко прикоснулся ладонью к ее щеке, легонько, кончиками пальцев убрал со лба несколько непослушных прядок. Он смотрел на Баффи одновременно и с нежностью, и даже с каким-то восхищением, а в его глазах сияла любовь.
– Но ты бы согласилась на клейм, если бы это было возможно для нас? Ты бы этого хотела?
Хотела бы она, чтобы у них была возможность навсегда принадлежать друг другу? Это было ее определение для слова «совершенство».
– Да, Спайк! Я бы согласилась! В ту же секунду!
Слышать это признание ему было одновременно радостно и горько. И Истребительница испытывала те же чувства. Снова и снова Спайк целовал свою любимую, и Баффи не могла отпустить его из объятий даже на мгновение.
– Это нечестно! – прошептал он.
– Нечестно… – словно эхо отозвалась она.
– Давай, я убью Уистлера, – вампир был готов просто выть от отчаянья.
– Бесполезно. Высшие Силы все еще должны вернуть этому измерению Истребительницу. Они просто направят сюда другого посланника.
Раздался громкий хлопок, и в комнате появился Уистлер. Выглядел демон крайне недовольным.
– Эй, вы двое, поторопиться не хотите? Ждем только вас. А мне, вообще-то, и без вас есть чем заняться и куда время потратить. Я, между прочим, деловой человек.
После такого заявления Баффи едва успела перехватить Спайка, который явно вознамерился пересчитать посланцу Высших Сил все кости.
– Еще пару минут, – с этими словами она вышла в гостиную, чтобы забрать там лежавшую на столе папку. Спайк тем временем закончил одеваться и сходил за своим плащом.
– Мы готовы, – сообщила Истребительница, как только Спайк вернулся в спальню и встал возле нее.
– Наконец-то! – хмыкнул Уистлер и щелкнул пальцами.

***
В следующую секунду они стояли в центре гостиной Джайлза. Вся остальная компания уже действительно собралась там. Все выглядели слегка сонными, взъерошенными и очень взволнованными. И на появившихся вампира и Истребительницу они смотрели совершенно по-разному.
Девушки смотрели на пару сочувственно и даже с некоторым сожалением, хотя было понятно, что им очень хотелось, чтобы их Баффи вернулась. На лицах Джайлза и Ксандера было написано очевидное облегчение.
Ангел почти не смотрел на Истребительницу, а вот Спайку от него достался взгляд, полный злорадного удовлетворения. Теперь они оба знают, что значит потерять Баффи, вот только та девушка, которую собираются вернуть Высшие Силы, будет рада видеть Ангела и будет по-прежнему ему доверять, а Спайка она будет ненавидеть, и теперь, когда у него больше нет чипа, она сделает все возможное, чтобы распылить его.
Райли, со своей стороны, смотрел на Баффи торжествующе, самодовольно и с нескрываемой неприязнью. Очень скоро к нему вернется его девушка, и он был уверен, что ей будет все равно, что он пытался сделать со Спайком.
– Ну что, начинаем?! – спросил Уистлер.
– Погоди, – ответила ему Истребительница.
– О, ради бога, Истребительница! Ты что, думаешь, будто в моем распоряжении все время в мире?
– Ты посланник Высших Сил, Уистлер… Так что, да, именно так я и думаю!
– А теперь послушай меня…
– Просто потерпи еще чертовы пять минут! – рявкнул Спайк, демонстрируя демону свои клыки, и Уистлер быстро шагнул назад, поднимая руки и всем своим видом демонстрируя, что готов пойти на уступки.
Баффи подошла к Наблюдателю и протянула ему папку, которую принесла с собой.
– Джайлз, здесь я записала все о том, что происходило в моем измерении. И мне хотелось бы, чтобы вы отдали это своей Баффи. Не знаю, прислушается ли она к моему мнению, но было бы лучше, если бы она это сделала. Возможно, вы могли бы объяснить ей это.
– Я так и сделаю.
– Там есть вещи, которые ей могут не понравиться, – и Баффи бросила взгляд на Финна, – тем не менее, это все – правда.
Проследив за тем, куда смотрит девушка, Наблюдатель непроизвольно поджал губы и нахмурился:
– Я объясню ей это. Обязательно. В этом вопросе я полностью согласен с тобой.
– И моя мама…. То есть, ее… ее мама. У нее опухоль. В моем измерении ей сделали операцию и успешно удалили ее, но потом моя мама умерла от разрыва аневризмы. Спайк сказал… Он говорил, что сможет проследить за этим. Но Спайк уедет из Саннидейла. Скажи ей, пусть она попросит Ангела понаблюдать за ней. Он ведь тоже вампир, значит, тоже сможет отследить, если что-то будет не в порядке. Спайк сказал, что вампиры могут это почувствовать.
Джайлз кивнул, а потом нервным жестом снял очки и начал полировать стекла. Выглядел Наблюдатель при этом до странности неловко, как-то неуверенно.
– Я, безусловно, ей это передам, – сказал он и, глубоко вздохнув, продолжил, – я… я много думал над тем, что ты говорила об оттенках серого. И слова Спайка о демонах… Вы были правы, вы оба. И очень убедительно продемонстрировали, насколько ценным и полезным может быть сотрудничество с теми из демонов, чьи виды не враждебны людям. И я обязательно скажу нашей Баффи, чтобы она эти возможности использовала. И об оттенках серого… Я расскажу ей об этом.
– Думаю, это было бы замечательно, Джайлз. Ее жизнь станет намного легче.
– Я позволил себе стать чересчур жестким и негибким.
– Влияние Совета? – Баффи слегка улыбнулась.
– Не только. Как ты сказала Уиллоу, на наших глазах действительно были шоры. Что ж, я еще не настолько стар, чтобы не выучить пару новых трюков.
– Уиллоу поговорила с вами?
– Он собирается пригласить для меня наставника, – Уиллоу подошла к ним и ответила за Наблюдателя. – И все будет иначе, Баффи, я обещаю тебе. И я продолжу работать с Ксандером, – добавила она шепотом.
– Да, здесь обязательно произойдут изменения, – уверенно подтвердил Джайлз.
– Хорошо.
Баффи очень надеялась, что так и будет. Она оглянулась и посмотрела на Спайка. Во мрачном взгляде вампира девушка видела боль и тоску, которые были точным отражением ее собственного отчаянья.
– Насчет Спайка… Джайлз, он уедет из Саннидейла. Дайте ему эту возможность. Не нападайте на него.
– Если он сам не нападет на кого-нибудь.
– Не собираюсь, – ровным, безразличным тоном ответил Спайк.
– А как скоро ты собираешься уехать? – нервно уточнил Наблюдатель.
Вопрос заставил вампира ухмыльнуться:
– Сказал бы: «Как только вам надоем!», только боюсь, что ответишь: «Как? Даже чаю не выпьешь?». Не переживай, Руперт, я уеду сегодня ночью.
Баффи неловко улыбнулась.
– Те демоны… они продолжат наблюдать… просто на случай, если кому-нибудь, – тут девушка выразительно посмотрела в сторону Райли и Ангела, – придет в голову какая-нибудь блестящая идея. И так будет до тех пор, пока Спайк не уедет.
– Я почему-то так и подумал, – ответил Джайлз.
– Может, мы уже начнем? – вмешался раздраженный Уистлер. – Или вы тут всю ночь трепаться собираетесь? Истребительница, иди вон туда, в центр комнаты, где мебели нет…
Баффи лишь на мгновение замерла рядом со Спайком, и вампир услышал тихое: «Люблю тебя».
– Истребительница!… – выдохнул он.
– Выхода нет, – едва слышно ответила девушка и, остановившись в указанном демоном месте, оглянулась, чтобы еще раз встретиться взглядом с любимым. Чтобы увидеть в его глазах такое же отчаянье и тоску.
– Отлично! Теперь не шевелись! – напомнил Уистлер.
– Так не должно быть! – в голосе вампира были и гнев, и разочарование, и боль.
– Я люблю тебя, Спайк, всегда помни это! – она сказала это так тихо, что только благодаря остроте вампирского слуха он разобрал, что говорит его Истребительница. То, что Ангел – хмурый и недовольный, тоже мог ее слышать, им было безразлично.
– Баффи! – он шагнул к ней.
– Не трогай ее! – резко выкрикнул Уистлер. – Что ж вы, люди, вечно усложняете мне жизнь! Вы, двое, стойте на месте!
Но они его не слышали, они просто медленно двигались навстречу, неотрывно глядя друг другу в глаза, и это было все, что в этот момент было для них важно.
Ангел шагнул вперед, готовый в любой момент схватить Спайка и оттащить его подальше от девушки, но Уистлер только отмахнулся от предложенной старшим вампиром помощи.
– В этом нет необходимости, – пояснил он. – Никакие объятья ее здесь не удержат. Вы меня слышите? Мне просто придется приложить чуть больше усилий, чтобы выполнить свою работу. Они вообще слушают меня? – происходящее явно раздражало посланника Высших Сил все больше.
– Нет, – тихо ответила Тара.
– Freeze! – произнес Уистлер и щелкнул пальцами.
Заклинание заставило Спайка и Баффи замереть. Они словно статуи застыли на месте, неспособные больше двигаться, и Уистлер с удовлетворением отметил, что ему удалось остановить Истребительницу и вампира в паре дюймов друг от друга.
– Не идеально, – пробормотал он, – но они хотя бы не касаются друг друга. Не придется тратить дополнительную энергию.
– Хм, Уистлер… – пробормотал вдруг Джайлз.
Спайк и Баффи продолжали тянуться друг к другу. Миллиметр за миллиметром расстояние между кончиками их пальцев сокращалось.
– Ничего себе, вот это сила! – с этими словами Уистлер сделал какой-то особенно замысловатый жест и с удовлетворением добавил. – Вот так! Это их точно остановит! Но я утомился…
Демон снял шляпу, очень демонстративно обмахиваясь и поглядывая по сторонам в надежде увидеть на лицах присутствующих сочувствие. Но все взгляды были прикованы к паре в центре комнаты. Ангел, Райли и Ксандер выглядели довольными, Джайлз – растерянным, а девушки даже не пытались скрыть своего сожаления и сочувствия Спайку и Баффи.
– А, может быть, можно как-то… – начала говорить Тара, но Уистлер тут же перебил ее, размахивая руками и отчаянно жестикулируя.
– Нет, нельзя! Вы что, не хотите, чтоб вернулась ваша Баффи? А законы мироздания неизменны и нерушимы. В одном и том же измерении не может быть двух идентичных людей дольше, чем на пару минут. Наблюдатель, мне нужно выпить! Я совершенно измотан!
Джайлз молча протянул ему стакан с виски.
– Давайте-ка вернем пока вашу Баффи из междумирья. Здесь хотя бы не надо ничего перемещать из одного измерения в другое. А я смогу чуток передохнуть…
В тот же миг в другом конце комнаты возник вихрь, который быстро обрел форму, и через мгновение перед ними стояла Баффи. Юная, ошеломленная, немного испуганная, усталая. Их Баффи.
Девушка удивленно оглядывалась по сторонам, пытаясь понять, что происходит:
– Что происходит?! Где лаборатория? Где Адам? Почему мы у Джайлза дома??!

@темы: перевод, наглость невероятная, spuffy)))

URL
   

главная